вторник, 12 января 2016 г.

Ни правые, ни левые не уверены в будущем Германии 


Жители Германии опасаются, что наплыв мигрантов может стать неконтролируемым, и власти не справятся с этой проблемой. Уже звучат призывы к Меркель "забирать мигрантов и уходить".
Новогодняя ночь в Кельне освежила краску на потрепанных от частого использования плакатах антиисламского движения "Пегида". "Канцлера в отставку" и "Долой мигрантов" на улицах Мюнхена и Лейпцига окончательно соединилось в одной мысли: "Меркель, забирай своих беженцев и проваливай!".

"Новогодняя ночь изменила все", — уверена активистка движения Татьяна Фестерлинг. Она считает, что эти люди – организованные и сильные – представляют реальную угрозу.
"Все это очень плохо кончится!", — уверен участник акции Олаф. Это ощущение — единственное, что объединяет противников со сторонниками политики Меркель, которые в тот же час выстраивались со свечами вокруг центра Лейпцига и надеялись выразить свой протест против расизма.
Это были, может, и не самые массовые акции за и против, и работы, чтобы их как-то развести, у полиции бывало и больше. Но есть обстоятельство, которое делает ситуацию неординарной: правых на улицах было заметно больше, чем левых. И не в столице Баварии, ни в крупнейшем городе Саксонии, они уже не стали отсиживаться за кордонами спецназа: полторы сотни неонацистов в масках утроили вылазку в лейпцигский район Конневитц, который считается цитаделью местных леворадикалов. Одни жгут свечи, другие — автомобили, кто-то (и таких все больше) на это смотрит и думает: "Пропал дом!". В головах, даже самых умных, еще не разруха, но уже смятение.
"Сейчас мы неожиданно столкнулись с вызовами, которые перед нами ставит проблема беженцев, — говорит Меркель. – И мы уязвимы, потому что не знаем, как навести порядок".
По результатам расследования кельнских событий задержаны двадцать человек — это молодые мужчины в возрасте от 17 до 30 лет. И, видимо, должно было случиться что-то в масштабах Кельна, чтобы уголовные дела на мигрантов перестали откладываться под сукно, чтобы можно было услышать от министра внутренних дел такое признание. "Такие инциденты в Германии – не новость, и я сомневаюсь, что это можно удержать в секрете", — говорит глава МВД Томас де Мезьер.
Никто не делал секрета, просто толком не задумывались о том, что абсолютное большинство тех, кого приняла Германия, — это люди, не обремененные семьями, и без особых шансов завести их на новом месте, что могло бы заставить мужчину найти работу и заговорить по-немецки. И теперь Германия обречена ощутить на себе не только культурные отличия своих гостей, но и богато описанные в классической литературе, ненависть и призрение приживала к своему мягкотелому благодетелю.
Уже 61% немцев после Кельна разочаровались в мигрантах, 14% — не определились. И очевидно, у Ангелы Меркель есть только один способ переломить настроения: показать людям что-то новое. Массовый прием беженцев они уже видели, теперь они хотят видеть массовые депортации.
Но с этим могут быть проблемы, потому что для правящих и оппозиционных сил в парламенте это будет серьезное поражение. В Германии сложилась парадоксальная ситуация: 3/4 общества не одобряют миграционную политику канцлера, но 3/4 Бундестага ее, наоборот, поддерживают. И технически власти канцлера ничего не угрожает, общественное недовольство угрожает сразу всей политической системе.