воскресенье, 22 ноября 2015 г.

Немецким детишкам показали мультик про ИГИЛ


Премьер-министр Франции Мануэль Вальс привел последнюю статистику: из Франции в Сирию и Ирак уехали на джихад 966 человек, 142 из них погибли, зато 247 боевиков вернулись на родину. Они представляют угрозу, и их место в тюрьме, считает Вальс. А вот для молодых французов, которые придерживаются радикальных взглядов, будет создан специальный центр по их перевоспитанию.
Жила-была Франция. И были у нее колонии в Африке. Люди там исповедовали ислам. Французы угнетали их. И когда мусульмане захотели свободы, стали с ними воевать. Потом колонии добились независимости, и мусульмане поехали во Францию в надежде на лучшую жизнь. Но жизнь оказалась плохой. Большинство из них живут в бедных районах на окраинах крупных городов. Нет работы. Люди не знают, что им делать, и поэтому начинают злиться. Так программа Logo объясняет немецким детям, почему случились теракты в Париже.
"Ни в одной другой стране мира "Исламское государство" не поддерживает такое число граждан, как во Франции", — говорит Logo. Телеканал ZDF быстро убрал со своего сайта этот мультфильм из-за жесткой критики, мол, не ко времени сейчас делать пострадавших французов еще и самих во всем виноватыми. Но этот ролик не стоило бы показывать детям и их родителям еще и по той причине, что упрощенное представление о генезисе терроризма может создать опасную иллюзию того, что кому-то он не угрожает или угрожает в меньшей степени.
Например, Германии — у нее ведь почти не было колоний. Впрочем, у немецких властей сейчас нет вариантов, кроме как культивировать в обществе некоторые, в том числе и ложные, ощущения, в первую очередь, безопасности, которой 17 ноября в Ганновере был нанесен серьезный ущерб.
"Силовые структуры приняли ответственное решение. Оно трудное, так как выбирать приходится между свободой граждан и их безопасностью", — заявила канцлер Германии Ангела Меркель.
За 30 часов до товарищеского матча Германия — Нидерланды немецкие спецслужбы получили таинственный сигнал о том, что на ганноверском стадионе готовятся теракты. Верить или нет — колебания очевидны: полиция прочесывает стадион, а премьер-министр Нижней Саксонии приглашает всех на матч, но решающим оказывается то обстоятельство, что на трибуне должна быть Ангела Меркель, — риск не допустим. Министр внутренних дел Томас де Мезьер отменяет игру. Сигнал не подтвердился, сообщит он на пресс-конференции, оправдывая свои действия сложностью момента.
"После террористических атак, как в Париже, внимание к таким сообщениям резко возрастает. И это одна из самых сложных задач силовых ведомств — оценить серьезность угрозы", — отметил Мезьер.
Но вскоре в Сети появляется фотография голландского госпожи Хеннис-Плашерт, покидающей стадион. К лицу ли министру обороны Нидерландов такая паника, если угроза абстрактна? Де Мезьера заподозрили в том, что он чего-то не договаривает: правда, ничего не нашли или не признаетесь?
Газета Bild, ссылаясь на некий секретный документ, публикует план террористов: бомбы собирались доставить к стадиону на машине скорой помощи, четверо смертников должны были разойтись с ними по трибунам, старший группы — снимать взрывы на видео.
Одновременно с этим где-то в городе планировали взорвать автобусную остановку, а после полуночи — поезд на главном вокзале. Эти будоражащие воображение подробности мнимых или на самом деле не состоявшихся терактов в последующие два дня заставили немецкую полицию побегать, хотя все сообщения о подозрительных людях или заложенных где-то бомбах, по заверениям властей, оказались ложными, а на политику они произвели, на первый взгляд, странный эффект: рейтинг канцлера упал, а ее партии — слегка приподнялся.
"У меня такое впечатление, что позиции Меркель очень ослаблены, но укрепляется позиция ее партии, потому что внутри партии против нее растет оппозиция. Есть ведущие немецкие политики, такие как министр финансов Шойбе, премьер-министр Баварии Зеехофер, еще некоторые другие, мало знакомые за границей члены Христианско-демократической партии, которые жестко начинают выступать против собственного канцлера", — сказал политолог, старший советник президента Германо-российской внешнеторговой палаты Александр Рар.
Голоса, которые крадет у своей партии Меркель, уходят к крайне правым — мягко националистическая "Альтернатива для Германии" стала третьей политической силой в стране — а голоса, которые приобретает партия канцлера, теряют левые и социал-демократы, как раз поддерживающие ее миграционную политику.
20 ноября на съезде коллеги поздравили Меркель с десятилетием во власти так, что в тот момент она являла собой идеальный образ чужого среди своих, а премьер Баварии Хорст Зеехофер почти отчитывал ее под бурные и продолжительные аплодисменты.
"Мы твердо убеждены, что решить масштабную историческую задачу по интеграции беженцев в наше общество в долгосрочной перспективе невозможно, если мы не определим верхний предел числа мигрантов. Настроения граждан в будущем могут поменяться", — уверен Зеехофер.
Беженцы не виноваты в терактах — этот тезис, который сейчас используют многие, в том числе и немецкий канцлер, был бы вполне справедлив, если бы в числе беженцев на территорию Евросоюза не проникали террористы. Они даже не всегда подчищают за собой Интернет, браво позируя в соцсетях с автоматами и пулеметными лентами и появляясь на границах ЕС с видом уже гонимым и жалким, с детьми на руках и фальшивыми сирийскими паспортами.
Издание Mail Online сделало открытие: Германия завалена поддельными документами, которые можно выправить за две тысячи долларов, что и было сделано автором сенсации. Прямо в Гамбурге. Если озаботиться этим еще в Сирии или Турции, то выйдет дешевле, что уже довольно давно выяснила корреспондент ВГТРК Анастасия Попова.
Качество этой липы может быть и не высоким, но ведь в том-то и проблема, которую не может решить Меркель: на внешних и на внутренних границах Евросоюза в эти паспорта не особо вглядываются, и даже тех, кто вовсе без документов, стараются побыстрее пропихнуть дальше.
А дальше — это главным образом в Германию, где можно раствориться, залечь на дно в подвале какой-нибудь салафистской мечети, какого-нибудь исламского (на деле исламистского) культурного центра, который закрыть бы уже давно, да европейские ценности не позволяют, как не позволили они вовремя прикрыть штаб терактов 11 сентября — гамбургскую ячейку "Аль-Каиды".
"В Германии ситуация действительно очень сложная, потому что на фоне парижских терактов, которые фактически несколько раз происходили за этот год, ложится движение беженцев. И люди, которые выходят на улицу, видят совсем чужих людей, которые выглядят совсем по-другому, которые имеют совсем другой менталитет, которые не понятно что здесь делают. Самое опасное, и это все немцы знают, что из миллиона человек, которые уже находятся на территории Германии, половина не зарегистрирована, и никто не знает, где они здесь находятся и почему", — отметил Александр Рар.
И в этой неизвестности немцам теперь придется жить долго, а на ее почве будет произрастать внутренний радикализм, опыленный страхом перед повторением парижской бойни, перед беженцами, перед исламом. И то, что у власти есть эффективный пестицид против этого сорняка в виде стратегии борьбы с терроризмом, — еще одна иллюзия. Остается делать, как Де Мезьер. По общему мнению, футбольный матч в Ганновере — это, скорее всего, не последнее мероприятие, которое пришлось отменить из-за угрозы теракта.
Конечно, у немцев не было колоний. Но ведь они всегда хотели ими обзавестись. Они развязали из-за этого две мировые войны и заставили тех, кто отхватил самый большой кусок колониального пирога, выжимать все соки из своих заморских владений. Так что даже следуя детсадовской логике программы LOGO, получается, что исламский терроризм не может угрожать Германии заметно меньше, чем Франции.