понедельник, 28 марта 2016 г.

Новая жертва: Украину захлестнули политические убийства

Автор: Дмитрий Киселёв
22 марта Донецкий городской суд Ростовской области вынес приговор наводчице карательного батальона украинских националистов "Айдар" Надежде Савченко — 22 года колонии общего режима и штраф в 30 тысяч рублей. Савченко признана виновной в убийстве российских журналистов — наших коллег по программе "Вести" Игоря Корнелюка и Антона Волошина, а также незаконном пересечении российской границы.
В ходе следствия Савченко признавала, что "убивала", однако в данном случае свою вину отрицает, а на процессе вела себя вызывающе оскорбительно по отношению к суду, чем восстановила против себя даже публику.
Пока Надежде Савченко заканчивали зачитывать приговор, на Украине хоронили обезглавленное тело журналиста Георгия Гонгадзе. Он был убит почти шестнадцать лет назад, а его смерть политтехнологи использовали как спусковой крючок для запуска проамериканского движения "Украина без Кучмы".
Все окончилось "оранжевым" Майданом и приходом к власти президента Виктора Ющенко. Сейчас, по опросам, экс-президент Кучма — самый уважаемый лидер Украины за всю историю Незалежной, а Ющенко откровенно презирают.
Так или иначе, а новая проамериканская власть, воцарившаяся в Киеве в результате госпереворота чуть более двух лет назад, установила режим, при котором цена человеческой жизни меньше копейки и любого, будь то журналист, политик, предприниматель или адвокат, можно публично оскорбить, покалечить или даже убить. Бандеровский самосуд и уличный террор — обычное явление, часть образа жизни.
Свежий пример — убийство уважаемого в профессиональной среде адвоката Юрия Грабовского. Его вина была лишь в том, что как адвокат он защищал в ходе следствия и суда россиянина Александра Александрова. Тело адвоката Грабовского после нескольких недель пропажи откопали из придорожного кювета.
Автор: Елена Ерофеева
Он до последнего бился за "Правду". Когда одесский канал АТВ закрыли и отняли частоту, журналист Григорий Кваснюк стал вещать в Интернете. Его дружный коллектив в сто двадцать человек рассеялся. Осталась творческая группа — четыре надежных товарища.
Они вещали 24 часа в сутки. Теперь вынуждены молчать. Два этажа в здании Потребсоюза, где размещался телеканал, сдали в аренду коммерсантам. В новостной студии — ремонт, в монтажной — туристическая фирма.
На журналистов заводят уголовные дела — за измену Родине — оппозиционные издания закрывают или переучивают. Вся информационная еда на Украине теперь без перца.
Нет пороха, но есть Порошенко. Он устроил политическую акцию — вручил Звезду Героя вдове убитого на рубеже столетий журналиста Григория Гонгадзе. Его убили в сентябре 2000-го. Похитили по дороге домой, а через два месяца обезглавленное тело нашли в лесу под Киевом. Заказчик до сих пор не известен, исполнители — в тюрьме. И вот только 16 лет спустя останки решили предать земле. Похоронили как святого у стен греко-католической церкви под большим каменным крестом.
А ведь он тоже был оппозиционером. Не принимал политику Леонида Кучмы. После поездки в Штаты, где критиковал Украину за притеснение свободы слова, стал более нетерпимым. Мог в эфире ток-шоу задавать провокационные вопросы, и Кучма на них отвечал.
Убийство журналиста Гонгадзе спровоцировало первый в стране политический кризис. Из оппозиционера, конфликтующего с властью, он превратился в предтечу "цветных" революций. Киев штормит. На улицах — беспорядки. Резиденцию Леонида Кучмы готовы брать штурмом. Президенту кричат: "Геть!"
Волну подняли украинские социалисты после того, как на заседании Рады главный оппонент Кучмы Александр Мороз включил любопытную аудиозапись — разговор президента с силовиками. Якобы Кучма отдает приказ генералу МВД Кравченко разобраться с борзописцем Гонгадзе.
Спровоцировал "кассетный" скандал бывший сотрудник президентской охраны майор Николай Мельниченко. После разразившегося конфликта улетел в Штаты, где получил статус политического беженца. Утверждал, что это он незаметно подбросил диктофон в кабинет президента.
"Это моя личная инициатива. Это не была ничья просьба. Я один провел эту спецоперацию", — заявил Мельниченко.
Он — пешка на шахматной доске, за которым стояли серьезные игроки. И спецоперация — это вовсе не "кассетный" скандал, а государственный переворот. Нужен был труп, и он был — журналист. А потом еще один — загадочное самоубийство бывшего министра внутренних дел генерала Юрия Кравченко. Накануне допроса по делу Гонгадзе — два выстрела, контрольный — в голову.
"Это политическая провокация. Хотели поставить меня на колени", — сказал Леонид Кучма.
Кучму обвиняли в том, что это он "заказал" Гонгадзе. Признавшийся в убийстве журналиста Алексей Пукач, бывший руководитель Департамента внешнего наблюдения МВД, тоже на это указывал. Когда его приговорили к пожизненному сроку, он бросил в зал только одну фразу: "О мотивах спросите у Литвина и Кучмы".
Но это было неважно. Украину уже лихорадило. Страна окрасилась в оранжевый. В дыму революции — пародия на выборы. Янукович против Ющенко. Первый тур — ничья. Во втором побеждает Янукович, но результаты аннулируют — нечестные. И объявляют третий тур — в мировой истории такого еще не было. К власти приходит проамериканский Ющенко. И достает из шкафа скелет мертвого журналиста Гонгадзе.
Убийство Гонгадзе в период правления Ющенко, конечно, не раскроют. Но сакральные жертвы революции на Украине войдут в моду. Евромайдан 2014-ого впишет в кровавую историю героев "небесной сотни". Сто человек, расстрелянные на Майдане, приведут к власти Порошенко и Яценюка.
Сергей Журавлев на Майдан пришел вместе с другом. Возвращался уже один — товарищ погиб. Спустя два года ни веры в правительство, ни надежды на светлое будущее уже не осталось. Порошенко больше не выходит к людям, не смотрит им в глаза. Отгораживается стеной охранников, когда возлагает цветы в день памяти "небесной сотни".
В Харькове в марте 2014 года был свой Майдан. Журналист Дмитрий Пигарев сутки провел на площади возле администрации. Готовил статью "На двух стульях" — о будущем Украины, Европы и России. Его задержали спецназовцы и вместе с другими активистами отправили в СИЗО. Обвинили в организации массовых беспорядков.
Он и сейчас еще под следствием. Но суд изменил меру пресечения на домашний арест — в изоляторе Дмитрий тяжело заболел. Лечение не помогает. Он тоже стал жертвой постамайданного режима. Но не сакральной. О таких не принято вспоминать и говорить, их вычеркивают из истории Украины.
"Что касается средств массовой информации, то это очень распространенный аргумент властей, когда ты с ними начинаешь говорить о какой-то проблеме, они говорят: мы все понимаем, тебя нанял Кремль, тебя наняла Россия, чтобы ты подрывал изнутри, раскачивал лодку", — отметил журналист Игорь Гужва.
С неугодными власть безжалостно расправляется. Политические убийства захлестнули страну. И вот еще одна смерть — адвоката Юрия Грабовского. Он защищал россиянина Александра Александрова, которого задержали на юго-востоке Украины и обвинили в подготовке теракта.
Тело убитого Грабовского нашли закопанным недалеко от трассы Киев — Одесса. Адвоката объявили в розыск еще 9 марта, когда он не явился на процесс по делу россиян Александра Александрова и Евгения Ерофеева. Позже на его страничке в Facebook появилась запись — о срочном отъезде в Египет. Но правоохранители установили, что Грабовский Украину не покидал.
Грабовского застрелили. Он как будто ждал этого. Делился своими предчувствиями в переписке с друзьями. Адвокату угрожали и настоятельно просили выйти из процесса. Обращения в полицию оставались без внимания. Но с экранов украинских телеканалов и на страницах газет людям рассказывают, что Украина никогда не жила так свободно. Вот только свобода эта — для избранных, на чьих руках кровь тысяч невинных жертв громадянской демократии.