ЗАХАР ПРИЛЕПИН: ЧУДАКАМ ПО РУКАМ
В среде русских националистов последнее время распространена одна, вернее, даже две вульгарные идеи: о том, что украинство как идеологию создали большевики, и они же слепили территорию Украины. Посему — большевикам позор и анафема. С точки зрения исторической это и так, и не так.
Советская власть, в той или иной форме, продолжала российскую имперскую политику. В 20-е годы по всей стране была проведена масштабная образовательная работа, многократно превышавшая аналогичные действия, имевшие место в монархический период. Строили огромную семью народов, были вполне по-русски щедры и деятельны: в национальных областях появлялись не только школы и университеты, но зачастую создавалась с нуля письменность, следом — светская литература, стремительно заявляла о себе национальная интеллигенция; и так далее, и тому подобное. Фантастика: но огромные, рассчитанные на века процессы умещались в десятилетия.
Понятно, что часть нынешних русских националистов считает всю эту работу лишней и даже вредной, а либералы об этой деятельности умалчивают. Но ни радикальные националисты, ни радикальные либералы империй не строят; они в них живут и размножаются, чтоб время от времени предъявлять свои счета прошлому: «...ах, напортачили! А тут у вас что такое? Так бы и дал в зубы, бракоделы!»
Империи строит сложносочиненная российская государственная машина, где разнородные идеологии находятся в непростом взаимодействии. Работа с Украиной и украинством в этом строительстве была лишь одной из составляющих. В случае Украины мы теперь получили некоторые проблемы, а в случае, скажем, Якутии имеем сверхмощный промышленный и интеллектуальный регион, лояльный России и Россией являющийся. Кто тут вправе и в силах сосчитать плюсы и минусы проделанной работы? Подсчет куда чаще идет там, где что-то не получилось, а там, где получилось, считается, что вроде «так и было». Нет, так не было. В Якутии, между прочим, имела место — и в дореволюционные времена, и в постреволюционные — жесточайшая антиимперская борьба.
В любом случае, если мы начнем отрицать имперскую работу как таковую, выступая с осуждением административного деления тех или иных территорий, в том числе и по национальному признаку, участия российской администрации в изучении разнообразного местного культурного наследия, инкорпорации национальных кадров, то начинать придется точно не с большевиков.
Однако у вульгарных националистов сознание построено так, что они видят исключительно ближайшие времена. Приходилось слышать вздорную точку зрения, что это большевики ввели в состав советской национальной элиты выходцев с Украины — Хрущева, Брежнева, Черненко и так далее. Но известно ли нам, что в XVII–XVIII веках доля украинцев в епархиальном и монастырском священноначалии была большей, чем доля русских? К примеру, в XVIII веке епископские кафедры Русской церкви занимали порядка 90 малороссийских иерархов, им же принадлежало большинство мест в Священном синоде.
Здесь националисты нам скажут, что на тот момент и Украины никакой не было, а была Малороссия. Украину, напомним, создали большевики. Между тем название Украина придумано, естественно, не большевиками, а прижилось с 1648 года, когда французский картограф де Боплан так назвал юго-восточные воеводства Речи Посполитой. Слово «Украина» используется в европейской картографии с 1660 года. Термин «государская Украина» встречается уже в документах времен Алексея Михайловича; хотя, действительно, официально эта часть царства именовалась «Малая Русь».
Националисты, услышав знакомое слово «Русь», скажут: так и надо было держаться за это название. Но тут кроется одна мелочь, о которой сегодня крайне редко вспоминают. Дело в том, что самоназвание «Малая Русь» изначально несло потенциально сепаратистский оттенок. Когда архиепископ Копинский впервые употребил словосочетание «Малая Русь» в письме к патриарху Московскому Филарету, он имел в виду следующее: Филарет именуется патриархом «всея Руси», но Малая Русь остается отдельным образованием, в понятие «всея» ее вносить не стоит.
Следом за архиепископом Копинским Богдан Хмельницкий постепенно добился того, чтоб в переписке с Алексеем Михайловичем Малая Русь отмечалась отдельно. Богдан был хитрый политик! И в данном случае он обхитрил.
Стоит еще погадать, что приподнимало значение нынешней Украины — ее именование Малой Русью или ее именование собственно Украиной. Малая Русь, пожалуй, весила много больше — ибо она имела право претендовать на всю Русь. Слово «малая» могло в определенный период означать вовсе не «малость». В данном случае «малая» также означает: «основная, изначальная» — то есть та, откуда пошел исток Большой Руси, всея. Сравните с «Малой Грецией» или «Малой Польшей» — здесь «малая» означает ровно то же самое: остов этноса. И то, что Малую Русь постепенно переименовали в Украину, — точно не ошибка российской администрации.
Уже к XIX веку слово «Украина» имело полноценное этническое значение. В 50-е годы XIX века начал выходить журнал «Украинец». Здесь возникает почва для нового спора: кто больше сделал для возникновения украинства как идеологии — советские вожди или монархи. Ответ прост: вложились и те, и другие. Основа будущего украинства — светская украинская литература — расцвела в XIX веке: это неоспоримый факт.
Сошлемся как раз на идеологов «украинства». Андрей Царинный в книге «Украинское движение: краткий исторический очерк» (Берлин, 1925) писал: «В первой четверти XIX века появилась особая «украинская» школа польских ученых и поэтов, давшая чрезвычайно талантливых представителей: К. Свидзинский, С. Гощинекий, М. Гробовский, Э. Гуликовский, Б. Залесский и мн. другие... <Они> подготовили тот идейный фундамент, на котором создалось здание современного нам украинства. Всеми своими корнями украинская идеология вросла в польскую почву».
Но ведь Польша была в составе России! И все это произрастало и «врастало» на глазах у монаршей власти. Националистам стоило бы помнить такие вещи.
Некоторые российские националисты убежденно говорят, что официально «Украина» не фигурировала в административных государственных документах до прихода большевиков. А что тогда делать со Слободско-Украинской губернией, существовавшей до 1835 года и ставшей потом Харьковской? Оказывается, впервые харьковские земли подшили к Украине вовсе не большевики, вот незадача.
В итоге все эти вопросы не имеют никакого единого и простого разрешения: мол, вот те делали хорошо, а эти — плохо. Занимаясь в 20-е годы украинизацией, большевики осуществили масштабнейшую переброску населения, заселив Донбасс, Харьков, Одессу выходцами из Центральной России и Сибири: надо признать, что колоссальное количество русских людей на этих землях — местные жители лишь во втором или в третьем поколении.
Сейчас украинцы обрадуются и завопят: понаехали! Но мы им тут же ответим, что столь же массовое заселение украинцами Белгородской земли, на которую нынешние украинские националисты наивно претендуют, началось при Алексее Михайловиче: документальных доказательств тому множество.
Более того, при Алексее Михайловиче началось заселение запорожскими казаками многих исконных русских земель, причем им еще и жалованье за это платили. Забавный момент: в 1652 году в Острогожский уезд из Украины переселился казачий полк во главе с полковником Иваном Дзиковским. «Понаехавшим» от государя Алексея Михайловича предоставили ссуду на обустройство в количестве 5243 рублей. А уже в 1670 году те же самые запорожские казаки поддержали бунт донского казака Степана Разина против все того же Алексея Михайловича!
Как мы должны реагировать на вышесказанное? Обвиним Алексея Михайловича: мол, его действия привели к тому, что в наши дни некоторые нездоровые люди претендуют на бывший Острогожский уезд и так далее? Или позволим украинским братьям поносить большевиков за массовый ввоз русского населения на территорию Донбасса и Причерноморья?
«Большевики сделали Украину такой огромной!» — неустанно несется из иной луженой националистической глотки. Да, Ленин и Сталин вложились в нынешние административные границы Украины. Но, любезные коллеги мои, большевики могли что угодно делать — однако дарили они от своей левой руки своей правой руке. Они ж не соседям дарили — у соседей они как раз забирали, а потом уже внутри империи придумывали УССР. Так же, как до них создавали Слободско-Украинскую губернию.
Но нынче создается ложное ощущение, что царь-батюшка что-то имел, хранил, берег, а тут явился большевик и отдал чужому. При Сталине была присоединена Галиция — до этого она находилась в составе нашей страны только во времена Древней Руси. При Романовых никакой Галиции у нас не имелось. Естественно, Сталин пришил Галицию к Украине, а не к Грузии или Якутии, потому что Галиция граничила с советской Украиной. И у националистов хватает ума обвинять в этом Сталина? Невольно задашься вопросом, а что такого присоединили к России нынешние националисты, чтобы подавать голос?
Занятно, что так в нашей истории делали далеко не только большевики. В 1809 году была, как сказал бы нынешний либерал, «аннексирована» Финляндия, которая, как известно, не имела собственной государственности, но являлась частью Швеции. Стремительный рейд российской армии, и давний российский враг — шведы — утеряли огромный кус земли. Александр I наделил Великое княжество Финляндское шведскими землями на севере и карельскими на юге. В 1812 году государь передал финнам еще и Выборгскую губернию — 43 000 квадратных километров. Что в итоге получили финны? Очень большую землю, которая включала территории, к финнам не имевшие почти никакого отношения. Чем по итогу отличается этот монарх от Хрущева, подарившего Украине Крым, или Сталина, подшившего украинцам Галицию? Да ничем.
Плюс-минус схожие случаи в истории империи случаются неизбежно — и при князьях, и при императорах, и при генсеках, и при президентах. Они отвоевывают земли и далее, исходя из тех или иных побуждений — дабы упростить административное управление, ублажить присоединенный народ или нивелировать последствия войны, — рисуют внутренние границы. Потому что внутренние границы есть всегда! Штаты, округа, республики, автономии — что-то неизбежно приходится рисовать. Потом проходят столетия, является диковатый русский националист и начинает кричать, что из-за большевиков Галиция попала в состав Украины. Нет, дружок. Из-за большевиков Галиция попала в состав России. Точка.
Кстати, Выборгскую губернию, которую когда-то, пользуясь своими резонами, Александр I передал финнам (ну, то есть из левой руки переложил в правую), тоже пришлось при Сталине отвоевывать. И отвоевали. Опять — «плохие большевики»? Нет, надо прекращать с этим.
В угоду идеологиям, которые нынче исповедуются теми или иными кругами, мы несознательно упрощаем картину мира, кромсая по собственной истории и в конечном итоге давая повод нашим врагам третировать нас.
Всякий националист, ищущий в советской эпохе ошибки, должен осознавать как минимум две простые вещи. Первая: подобные ошибки (если это вообще уместно считать «ошибкой») имели с избытком место и во времена Российской империи, и в эпоху Московского царства. Будем каяться за все сразу? Или даже не стоит начинать? Вторая: вываливая свои не проваренные убеждения, националист работает на руку очередному русофобскому майдану, где бы он ни случился. Эти доводы подбирают и швыряют в нас.
Там, где сегодня валят памятник Ленину, завтра бомбят русских людей. Несложно было отследить эту двухходовку в минувшие пару лет, верно ведь? Но многие не заметили. Чудные люди. С ударением на «ы».
via
Империи строит сложносочиненная российская государственная машина, где разнородные идеологии находятся в непростом взаимодействии. Работа с Украиной и украинством в этом строительстве была лишь одной из составляющих. В случае Украины мы теперь получили некоторые проблемы, а в случае, скажем, Якутии имеем сверхмощный промышленный и интеллектуальный регион, лояльный России и Россией являющийся. Кто тут вправе и в силах сосчитать плюсы и минусы проделанной работы? Подсчет куда чаще идет там, где что-то не получилось, а там, где получилось, считается, что вроде «так и было». Нет, так не было. В Якутии, между прочим, имела место — и в дореволюционные времена, и в постреволюционные — жесточайшая антиимперская борьба.
В любом случае, если мы начнем отрицать имперскую работу как таковую, выступая с осуждением административного деления тех или иных территорий, в том числе и по национальному признаку, участия российской администрации в изучении разнообразного местного культурного наследия, инкорпорации национальных кадров, то начинать придется точно не с большевиков.
Однако у вульгарных националистов сознание построено так, что они видят исключительно ближайшие времена. Приходилось слышать вздорную точку зрения, что это большевики ввели в состав советской национальной элиты выходцев с Украины — Хрущева, Брежнева, Черненко и так далее. Но известно ли нам, что в XVII–XVIII веках доля украинцев в епархиальном и монастырском священноначалии была большей, чем доля русских? К примеру, в XVIII веке епископские кафедры Русской церкви занимали порядка 90 малороссийских иерархов, им же принадлежало большинство мест в Священном синоде.
Здесь националисты нам скажут, что на тот момент и Украины никакой не было, а была Малороссия. Украину, напомним, создали большевики. Между тем название Украина придумано, естественно, не большевиками, а прижилось с 1648 года, когда французский картограф де Боплан так назвал юго-восточные воеводства Речи Посполитой. Слово «Украина» используется в европейской картографии с 1660 года. Термин «государская Украина» встречается уже в документах времен Алексея Михайловича; хотя, действительно, официально эта часть царства именовалась «Малая Русь».
Националисты, услышав знакомое слово «Русь», скажут: так и надо было держаться за это название. Но тут кроется одна мелочь, о которой сегодня крайне редко вспоминают. Дело в том, что самоназвание «Малая Русь» изначально несло потенциально сепаратистский оттенок. Когда архиепископ Копинский впервые употребил словосочетание «Малая Русь» в письме к патриарху Московскому Филарету, он имел в виду следующее: Филарет именуется патриархом «всея Руси», но Малая Русь остается отдельным образованием, в понятие «всея» ее вносить не стоит.
Следом за архиепископом Копинским Богдан Хмельницкий постепенно добился того, чтоб в переписке с Алексеем Михайловичем Малая Русь отмечалась отдельно. Богдан был хитрый политик! И в данном случае он обхитрил.
Стоит еще погадать, что приподнимало значение нынешней Украины — ее именование Малой Русью или ее именование собственно Украиной. Малая Русь, пожалуй, весила много больше — ибо она имела право претендовать на всю Русь. Слово «малая» могло в определенный период означать вовсе не «малость». В данном случае «малая» также означает: «основная, изначальная» — то есть та, откуда пошел исток Большой Руси, всея. Сравните с «Малой Грецией» или «Малой Польшей» — здесь «малая» означает ровно то же самое: остов этноса. И то, что Малую Русь постепенно переименовали в Украину, — точно не ошибка российской администрации.
Уже к XIX веку слово «Украина» имело полноценное этническое значение. В 50-е годы XIX века начал выходить журнал «Украинец». Здесь возникает почва для нового спора: кто больше сделал для возникновения украинства как идеологии — советские вожди или монархи. Ответ прост: вложились и те, и другие. Основа будущего украинства — светская украинская литература — расцвела в XIX веке: это неоспоримый факт.
Сошлемся как раз на идеологов «украинства». Андрей Царинный в книге «Украинское движение: краткий исторический очерк» (Берлин, 1925) писал: «В первой четверти XIX века появилась особая «украинская» школа польских ученых и поэтов, давшая чрезвычайно талантливых представителей: К. Свидзинский, С. Гощинекий, М. Гробовский, Э. Гуликовский, Б. Залесский и мн. другие... <Они> подготовили тот идейный фундамент, на котором создалось здание современного нам украинства. Всеми своими корнями украинская идеология вросла в польскую почву».
Но ведь Польша была в составе России! И все это произрастало и «врастало» на глазах у монаршей власти. Националистам стоило бы помнить такие вещи.
Некоторые российские националисты убежденно говорят, что официально «Украина» не фигурировала в административных государственных документах до прихода большевиков. А что тогда делать со Слободско-Украинской губернией, существовавшей до 1835 года и ставшей потом Харьковской? Оказывается, впервые харьковские земли подшили к Украине вовсе не большевики, вот незадача.
В итоге все эти вопросы не имеют никакого единого и простого разрешения: мол, вот те делали хорошо, а эти — плохо. Занимаясь в 20-е годы украинизацией, большевики осуществили масштабнейшую переброску населения, заселив Донбасс, Харьков, Одессу выходцами из Центральной России и Сибири: надо признать, что колоссальное количество русских людей на этих землях — местные жители лишь во втором или в третьем поколении.
Сейчас украинцы обрадуются и завопят: понаехали! Но мы им тут же ответим, что столь же массовое заселение украинцами Белгородской земли, на которую нынешние украинские националисты наивно претендуют, началось при Алексее Михайловиче: документальных доказательств тому множество.
Более того, при Алексее Михайловиче началось заселение запорожскими казаками многих исконных русских земель, причем им еще и жалованье за это платили. Забавный момент: в 1652 году в Острогожский уезд из Украины переселился казачий полк во главе с полковником Иваном Дзиковским. «Понаехавшим» от государя Алексея Михайловича предоставили ссуду на обустройство в количестве 5243 рублей. А уже в 1670 году те же самые запорожские казаки поддержали бунт донского казака Степана Разина против все того же Алексея Михайловича!
Как мы должны реагировать на вышесказанное? Обвиним Алексея Михайловича: мол, его действия привели к тому, что в наши дни некоторые нездоровые люди претендуют на бывший Острогожский уезд и так далее? Или позволим украинским братьям поносить большевиков за массовый ввоз русского населения на территорию Донбасса и Причерноморья?
«Большевики сделали Украину такой огромной!» — неустанно несется из иной луженой националистической глотки. Да, Ленин и Сталин вложились в нынешние административные границы Украины. Но, любезные коллеги мои, большевики могли что угодно делать — однако дарили они от своей левой руки своей правой руке. Они ж не соседям дарили — у соседей они как раз забирали, а потом уже внутри империи придумывали УССР. Так же, как до них создавали Слободско-Украинскую губернию.
Но нынче создается ложное ощущение, что царь-батюшка что-то имел, хранил, берег, а тут явился большевик и отдал чужому. При Сталине была присоединена Галиция — до этого она находилась в составе нашей страны только во времена Древней Руси. При Романовых никакой Галиции у нас не имелось. Естественно, Сталин пришил Галицию к Украине, а не к Грузии или Якутии, потому что Галиция граничила с советской Украиной. И у националистов хватает ума обвинять в этом Сталина? Невольно задашься вопросом, а что такого присоединили к России нынешние националисты, чтобы подавать голос?
Занятно, что так в нашей истории делали далеко не только большевики. В 1809 году была, как сказал бы нынешний либерал, «аннексирована» Финляндия, которая, как известно, не имела собственной государственности, но являлась частью Швеции. Стремительный рейд российской армии, и давний российский враг — шведы — утеряли огромный кус земли. Александр I наделил Великое княжество Финляндское шведскими землями на севере и карельскими на юге. В 1812 году государь передал финнам еще и Выборгскую губернию — 43 000 квадратных километров. Что в итоге получили финны? Очень большую землю, которая включала территории, к финнам не имевшие почти никакого отношения. Чем по итогу отличается этот монарх от Хрущева, подарившего Украине Крым, или Сталина, подшившего украинцам Галицию? Да ничем.
Плюс-минус схожие случаи в истории империи случаются неизбежно — и при князьях, и при императорах, и при генсеках, и при президентах. Они отвоевывают земли и далее, исходя из тех или иных побуждений — дабы упростить административное управление, ублажить присоединенный народ или нивелировать последствия войны, — рисуют внутренние границы. Потому что внутренние границы есть всегда! Штаты, округа, республики, автономии — что-то неизбежно приходится рисовать. Потом проходят столетия, является диковатый русский националист и начинает кричать, что из-за большевиков Галиция попала в состав Украины. Нет, дружок. Из-за большевиков Галиция попала в состав России. Точка.
Кстати, Выборгскую губернию, которую когда-то, пользуясь своими резонами, Александр I передал финнам (ну, то есть из левой руки переложил в правую), тоже пришлось при Сталине отвоевывать. И отвоевали. Опять — «плохие большевики»? Нет, надо прекращать с этим.
В угоду идеологиям, которые нынче исповедуются теми или иными кругами, мы несознательно упрощаем картину мира, кромсая по собственной истории и в конечном итоге давая повод нашим врагам третировать нас.
Всякий националист, ищущий в советской эпохе ошибки, должен осознавать как минимум две простые вещи. Первая: подобные ошибки (если это вообще уместно считать «ошибкой») имели с избытком место и во времена Российской империи, и в эпоху Московского царства. Будем каяться за все сразу? Или даже не стоит начинать? Вторая: вываливая свои не проваренные убеждения, националист работает на руку очередному русофобскому майдану, где бы он ни случился. Эти доводы подбирают и швыряют в нас.
Там, где сегодня валят памятник Ленину, завтра бомбят русских людей. Несложно было отследить эту двухходовку в минувшие пару лет, верно ведь? Но многие не заметили. Чудные люди. С ударением на «ы».
via
![АнтиМайдан
ИНТЕРВЬЮ с Захаром Прилепиным: С русским человеком лучше не шутить — вот что показал Донбасс
Уходящий год показал – мир стоит на грани, и перейти к конфронтации и даже войне можно очень быстро – яркое подтверждение тому Новороссия, государство, которое отстаивает свое право на интеграцию с Россией, свою независимость от Запада. О том, как складывается государственность Новороссии, о тех, кто стоит у власти в ДНР и ЛНР, а также о военных действиях на этих территориях в интервью рассказал писатель Захар Прилепин.
— Захар, как Вы оцениваете итоги года для Донбасса, для Русской весны, для Крыма? Действительно ли можно сказать, что Русский мир "принял вызов"?
Захар Прилепин: Для Крыма я бы оценил в десять из десяти возможных. Все неприятности, которые сегодня имеются у крымчан, можно перенести, если сравнить их с происходящим в Донбассе. Я думаю, что Крым будет год от года чувствовать себя все лучше, и со светом все наладится, а потом и в туристической сфере. Это будет одна из "витрин" Российской Федерации.
Что касается Донбасса, пока там идет война, никаких оценок давать нельзя. Совершенно очевидно, что русский человек в Донбассе продемонстрировал, что он не объект, а субъект истории, он делает то, что считает нужным, говорит то, что он хочет говорить. Русский человек доказал, что его представление о независимости очень серьезно. Сначала он долго терпит, а потом его терпение истощается. Поэтому с русским человеком лучше не шутить – вот что показал Донбасс.
— Новороссия попала в блокаду, Киев фактически отрекся от этих территорий, желая только их зачистки от всех недовольных и несогласных. Но что теперь будет с гуманитарным, социально-экономическим положением Новороссии - в условиях, когда Россия не торопится ее признать?
Захар Прилепин: Новороссия – это регион, который живет в кризисе, который живет по весьма сомнительным экономическим схемам, является оффшором Украины и при этом распределяет ту или иную помощь из России. Пока ни о какой экономической модели Донбасса говорить не приходится. И я думаю, что и не придется. Если бы его огородили забором со всех сторон, ну или хотя бы с украинской стороны, и дали бы построить ту или иную модель экономики, вот тогда было бы, о чем говорить. А сейчас это государство, в котором выживают, как могут. Это плот, который несется по морю, и говорить о том, что у него есть какая-то стратегия, к сожалению, не приходится. Нет у него никакой стратегии!
По отношению к олигархам Новороссия не провела приватизацию, не отменила частную собственность, не ввела налоги на сверхдоходы. Ничего этого нет. Они пытаются строить стихийную республику на всех основаниях одновременно, она и левая, и правая, и олигархическая, и антиолигархическая. Где можно договориться – они договариваются, а где нельзя – "отжимают", все происходит в режиме ручного управления. Там не Ленин и не Фидель Кастро пришли к власти. Пришли к власти люди, у которых экономическая идеология всегда стояла на пятом месте. Это была национальная революция. Это не приход левых сил, это приход ребят в камуфляже, которые решили отстоять свою независимость. Вот и все.
— Вы знаете о войне не понаслышке - сами участвовали в боевых действиях в 90-е. А недавно Вы посетили Донбасс. Что можете сказать об этой войне? Как Вы оцените противоборствующую сторону?
Захар Прилепин: Я не рискну давать оценку противоборствующей стороне, потому что все очень быстро меняется. Там есть в огромном количестве западные специалисты из НАТО, есть очень много наемников с самых разных регионов мира, есть несчастные срочники, которые сами пребывают в ужасе от всего происходящего, есть "Правый сектор" и прочие национальные гвардии, которые глубоко мотивированы и ангажированы. В общем, кого там только нет. И всякий раз очередная военная операция может оцениваться по-разному.
Другой вопрос, что, безусловно, если бы украинская армия встретилась лицом к лицу с российской армией, то война бы закончилась стремительно, потому что понятно, что ополченцам, которых изначально было в 200 раз меньше, чем украинских вооруженных сил, они еще могут противостоять, а российской армии они противостоять реально не в силах. У них там [у украинских подразделений] тоже есть свой боевой дух, свои герои, недооценивать их нельзя, но и переоценивать тоже нельзя, потому что Новороссию они победить не могут, и шансов у них нет. Если только не снесут полностью Донецк и Луганск.
Ополченцы сейчас – городские партизаны, у них нет самолетов, у них только со временем начало появляться тяжелое вооружение. Начиналось все с одного танка, все это анекдотично. Но они даже с этим вооружением противостояли противнику. Сейчас они пытаются все структурировать, пытаются привести к одному знаменателю, но там не так много профессионалов, как нам кажется.
Новороссия воевала на боевом задоре, на героизме и на опыте спецов, которых там было 1 к 100, но это были специалисты высокого уровня, люди, которые прошли одну, две, три, четыре военные кампании и знают свое дело хорошо, так, как на Украине мало кто знает. На Украине никто не воевал ни в Приднестровье, ни в Чечне, ни в Абхазии, остались лишь единицы — советские офицеры, которые воевали в Афганистане. Поэтому заехали ребята из России, из других стран, в малом количестве, но были. Чего стоит один Стрелков, который может 2 месяца стоять на одном месте и перемолоть подразделение за подразделением с тем минимальным количеством людей, которое есть, потому что он знает, что делает.
Ну, а что будет дальше – посмотрим.](https://fbcdn-sphotos-d-a.akamaihd.net/hphotos-ak-xap1/v/t1.0-9/s851x315/10404344_802211503180083_669992509124442900_n.jpg?oh=23394975804c46fe734c42237c728bca&oe=5535B0D1&__gda__=1429593080_7cc9640a1fd9a2773ab16789a89326a5)